Информационные технологии как инструмент демократии

Во всем мире активисты, борющиеся за демократические преобразования, широко используют социальные медиа.

Участники движений за социальную справедливость, расовое и гендерное равенство, протестующие против действий авторитарных правительств, с помощью компьютерных программ, социальных сетей и других интернет-технологий распространяют информацию, привлекают в свои ряды новых активистов и организовывают социальные протесты.

Интернет-СМИ служат инструментом продвижения социальных инициатив, связанных с избирательным процессом и поиском добровольцев.

“Люди, использующие социальные сети, в принципе не нуждаются в напоминаниях о дне выборов, их не нужно призывать голосовать”, – уверяет Джен Голбек, эксперт по вопросам социальных медиа и профессор Колледжа информационных исследований Университета Мэриленда.

Социальные сети способствуют открытому обсуждению имеющихся проблем и обмену идеями, этим двум важнейшим принципам демократии. Отвечая в 2018 году на вопросы агентства Pew Research Center, 69 процентов американцев заявили, что социальные сети являются инструментом отстаивания политических интересов, при этом 67 процентов были уверены в их эффективности для долговременных общественных изменений.

“Дело в том, что Мартин Лютер Кинг или Элла Бейкер не могли просто проснуться утром и за завтраком поговорить с миллионами человек”, – говорит активист Black Lives Matter Де Рэй Маккессон.

(© Julio Cortez/AP Images)
Демонстранты преклоняют колени в память о Джордже Флойде, невооруженном чернокожем мужчине, который скончался после задержания, произведенного в День поминовения в Миннеаполисе белыми полицейскими (© Julio Cortez/AP Images)

Согласно результатам опроса Pew Research Center 2020 года, 23 процента американцев-пользователей социальных сетей заявили, что меняли свое мнение по какому-либо социальному или политическому вопросу в связи с тем, что ознакомились с соответствующей информацией на одной из интернет-платформ.

Зародившееся в 2013 году движение Black Lives Matter именно благодаря социальным медиа – в ходе обсуждения в социальных сетях фактов гибели невооруженных афроамериканцев во время задержания полицией и содержания под стражей – приобрело большое количество последователей.

В наши дни американки, ставшие жертвами сексуальных домогательств, делятся своими историями онлайн и организовывают акции протеста в социальных сетях.

Активистка Тарана Берк основала движение против сексуальных домогательств в 2006 году, однако широкую известность оно получило в 2017-ом, когда актриса Алисса Милано использовала хэштег #MeToo, ставший известным во всем мире.

(© Damian Dovarganes/AP Images)
Тарана Берк, основательница и лидер движения #MeToo, участвует в марше 2017 года в Лос-Анджелесе (© Damian Dovarganes/AP Images)

Члены сообщества ЛГБТИ+, такие как актриса Лаверн Кокс и активистка Челла Мэн, используют Twitter и YouTube для повышения общественной осведомленности о проблемах трансгендеров.

Международное движение Красного Креста и Красного Полумесяца проводит Твиттер-кампанию #ClimateChangedMe, направленную на борьбу с изменением климата и поощрение гражданской и политической активности. В видеороликах волонтеры и активисты широко обсуждают актуальные вопросы преодоления последствий климатического кризиса.

“Для меня социальные сети – это ‘сила бессильных’… катализатор, – говорит венесуэльский журналист Андрес Канисалес, управляющий директор общественной организации Medianálisis. – Они дают возможность обычным люди и активистам, у которых нет пушек, газет или новостных каналов, демонстрировать [свою позицию], общаясь с другими людьми, и выражать свое неприятие условий жизни”.

 (© Yamil Lage/AFP/Getty Images)
Кубинец Роландо Ремедиос демонстрирует фотографию, на которой запечатлен его арест во время протестов 11 июля в Гаване (© Yamil Lage/AFP/Getty Images)

В июле, когда кубинцы вышли на демонстрации в Гаване и 20 других городах с требованием улучшить экономические условия, они широко использовали социальные сети. В ответ правительство ограничило доступ в интернет и инициировало принятие законов, ограничивающих возможности социальных сетей в организации протестов.

В Иране активисты общаются с помощью Instagram, единственной незапрещенной в стране социальной сети. Антиправительственные протесты в июле 2021 года в Тегеране и нескольких других городах вспыхнули после распространения видеокадров, на которых протестующие скандировали антиправительственные лозунги.

Граждане Беларуси со своих телефонов размещали в интернете видео с демонстраций против результатов выборов, состоявшихся в августе 2020 года, которые они считают сфальсифицированными. Активисты Бирмы, протестующие против правительственных репрессий в отношении СМИ после февральского военного переворота, полагаются на Telegram и Signal, приложения для обмена зашифрованными сообщениями.

(USAID/Olexandr Techyns’kyy)
Когда в Украине участились случаи заболеваний детей, причиной которых были некачественные школьные обеды, активистка Ольга Нос (справа) использовала для расследования цифровые платформы (USAID/Olexandr Techyns’kyy)

Украинка Ольга Нос для расследования жалоб на качество школьного питания обратилась за помощью на портал DoZorro, цифровую сеть по борьбе с коррупцией, созданную при содействии Агентства США по международному развитию (USAID) для мониторинга государственных закупок. Активистка выяснила, что заключение и выполнение контрактов на поставку продуктов питания в школы не проверялись органами здравоохранения.

После того, как на Индию в этом году обрушилась вторая волна COVID-19, граждане этой страны через приложения запрашивали информацию о наличии свободных мест в больницах и запасах в них кислорода.

В период пандемии американцы научились творчески использовать интернет-технологии для преодоления негативных последствий ограничений, вызванных необходимостью социального дистанцирования. Так, школьники посещали онлайн-уроки, а члены религиозных общин – онлайн-службы.

“Благодаря видеочату, у меня появилась возможность видеться с друзьями, с которыми раньше я общалась только на Facebook или встречалась всего лишь два раза в год. Мы теперь ежемесячно проводим групповой видеочат, и у нас более тесные отношения, чем когда-либо”, – сказала 39-летняя американка.