Уйгуры – мусульманский народ, на протяжении столетий проживающий на северо-западе Китая. Большинство уйгуров поселилось на территории крупнейшей по площади провинции Синьцзян, которая является одним из наименее населенных и наиболее отдаленных регионов страны.
В последние годы китайское правительство подвергает жестоким преследованиям религию и культуру уйгуров и ввело наказания за использование родного языка и следование культурным и религиозным традициям, например, за соблюдение поста в месяц Рамадан или за отказ от алкоголя и употребления в пищу свинины.

По своей культуре и религиозным верованиям уйгуры имеют общие черты с народами Центральной Азии, такими, как узбеки или казахи. Уйгурский язык является родственным узбекскому и похож на казахский, киргизский и турецкий языки.
Важная составляющая уйгурского национального самосознания – ислам. Большинство верующих являются мусульманами-суннитами.
Уйгурское населения в провинции Синьцзян насчитывает около 10 миллионов человек. Еще несколько сотен тысяч уйгуров проживают в соседних странах, в том числе в Казахстане, Кыргызстане и Узбекистане.
Синьцзян обладает богатыми природными ресурсами, и сельское хозяйство и торговля традиционно составляют основу местной экономики. Города провинции, некогда расположенные вдоль Шелкового пути, служили остановочным пунктом для купцов.
Современная территория провинции Синьцзян, название которое на китайском означает “новый рубеж”, вошла в состав Китая в XVIII веке, когда регион был завоеван династией Цинь. В 1930-1940-е годы две республики в регионе объявляли о своей независимости, но после прихода в 1949 году к власти в Китае Коммунистической партии Китай вновь захватил их территорию.

Притеснения со стороны Китая
На протяжении многих лет уйгуры подвергались дискриминации со стороны коммунистического правительства Китая, наложившего значительные ограничения на свободу исповедания и культурные традиции уйгуров. Власть также создавала стимулы для привлечения в Синьцзян миллионов китайцев ханьской национальности (преобладающей этнической группы) с целью развития природных ресурсов региона и уменьшения доли уйгурского населения. Социальная и политическая дискриминация, жертвами которой были уйгуры и другие мусульманские меньшинства, нередко становилась причиной их выступлений против китайского правительства, подавлявшихся с применением насилия.
Журналисты сообщают, что в последние годы правительство начало проводить церемонии присяги и другие общественные мероприятия, на которых представителей национальных меньшинств вынуждали давать клятву верности Коммунистической партии Китая. Кроме того, ограничивается возможность уйгуров получить паспорт, а также их свобода передвижения. Таким образом, уйгурам закрывают возможности для общения с другими тюркскими народами и мусульманами, проживающими за рубежом.

Недавно во имя борьбы с так называемым “исламским экстремизмом” и “сепаратизмом” китайское правительство с апреля 2017 года в лагерях для интернированных содержит от 800 тысяч до 3 миллионов уйгуров и других представителей мусульманских меншинств. К задержанию могут привести следующие признаки “потенциального экстремизма”: наличие “необычной” бороды, поездки в мусульманские страны, обладание неразрешенным кораном или отказ от потребления алкоголя или свинины.
Хотя китайское правительство называет лагеря “центрами перевоспитания” или “центрами технической подготовки”, сбежавшие узники рассказывают о нанесении ударов током, вынужденных признаниях и промывании мозгов. Заключенных вынуждают петь китайские песни, выучивать наизусть текст законов и повторять лозунги коммунистической партии. По сообщениям международных СМИ и правоохранительных организаций, сотрудники служб безопасности пытали и убивали задержанных.

Что касается уйгуров, находящихся на свободе, за ними ведется постоянная слежка одним из мощнейших полицейских государств в мире. На каждом углу висят камеры видеонаблюдения, уйгуров заставляют скачивать специальные приложения на свои телефоны, позволяющие правительству наблюдать за их деятельностью. У них также собирают образцы ДНК и других биометрических данных для занесения в государственную базу данных.

Даже дома уйгуры не одни. В Синьцзяне запустили программу “домашнего наблюдения”, в рамках которой члены Коммунистической партии Китая проживают вместе с уйгурскими семьями, якобы для того, чтобы “приблизиться к народу” и “узнать об их трудностях”. Однако они также занимаются написанием докладов о культурной и религиозной деятельности и степени преданности коммунистической партии жителей.
В октябре государственный секретарь США Майк Помпео заявил: “Эти лагеря – явная попытка Китая ограничить свободу исповедания, и США будут противостоять этим нарушениям основных прав человека”.
Статья основана на публикации Голоса Америки.